Страны

В Евразийский регион входят Центральная и Восточная Европа и Центральная Азия (ЦВЕЦА), которые представляют собой шесть суб-регионов: Балканы, страны Балтии, Центральная Европа, Европейские страны Содружества Независимых Государств, Кавказ и Центральная Азия. В рамках работы IDPC, балканский суб-регион входит в область Юго-Восточной Европы.

Для целей IDPC, страны Евразии, таким образом, это: Армения, Азербайджан, Беларусь, Чешская Республика, Эстония, Венгрия, Грузия, Казахстан, Кыргызстан, Литва, Польша, Республика Молдова, Российская Федерация, Словакия, Таджикистан, Туркменистан, Турция, Украина, Узбекистан.

Албания, Босния и Герцеговина, Болгария, Хорватия, Словения, Сербия и Черногория и бывшая югославская Республика Македония в рамках IDPC подпадают под регион Юго-Восточной Европы.

Региональный профиль

В большинстве стран евразийского региона, незаконное употребление наркотиков является относительно новым социальным явлением, возникшим после недавних политических потрясений. Резкое увеличение распространенности употребления наркотиков, социальных и медицинских проблем, с ним связанных, вызвали моральную панику, и, как результат, породили репрессивные меры в области политики, основанной почти исключительно на работе правоохранительных органов. Репрессивные законы о наркотиках привели к тому, что потребители наркотиков сталкиваются с многочисленными барьерами в доступе к услугам здравоохранения, что представляет собой нарушение права на наивысший достижимый уровень здоровья. Криминальные санкции в отношении правонарушителей в сфере наркотиков являются гораздо более жесткими в большинстве этих стран по сравнению с Западной Европой. Здравоохранение и социальные услуги для потребителей наркотиков менее доступны из-за отсутствия финансирования и политической воли со стороны правительств в этом регионе.

Репрессивный контроль над наркотиками и ВИЧ

Восточная Европа стала свидетелем самой быстрорастущей эпидемии ВИЧ, распространяющейся путем совместного использования инъекционного инструментария среди потребителей наркотиков. Ситуация является особенно тяжелой в России и Украине, где более 1 процента населения живет с ВИЧ. Репрессивная политика по контролю над наркотиками способствовала распространению эпидемии ВИЧ, стигматизируя потребителей наркотиков и выталкивая их на «задворки общества».

В некоторых странах доступ к медицинским услугам для потребителей наркотиков еще более ухудшается из-за требования об официальной регистрации (учета) в медицинских учреждениях. Такая практика приводит к тому, что потребители наркотиков избегают контактов с медицинскими и социальными службами из страха, что их имена могут быть раскрыты полиции или работодателю. Мероприятия, основанные на фактических данных в области общественного здравоохранения, зачастую запрещены (например, заместительная терапия опиоидами в России) или не финансируются правительством (программы предоставления и обмена инъекционного инструментария). Большинство программ зависит от финансовой поддержки международных доноров (например, Глобального фонда для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией).

В большинстве стран нет альтернативных программ общественного здравоохранения по отношению к мерам лишения свободы, а в некоторых странах значительная доля заключенных использует незаконные наркотики внутри исправительных учреждений. Заключенные в большинстве стран не имеют доступа к научно-обоснованному лечению от наркозависимости и услугам снижения вреда в тюрьмах, что приводит к повышенному риску передозировок и инфицирования вирусами, передающимися через кровь путем совместного использования инъекционного инструментария.

Снижение вреда

Снижению вреда, как теория и практика приобрела большую распространенность с конца 90-х годов, особенно среди новых членов ЕС. Большинство национальных стратегий борьбы с наркотиками определяют спектр услуг по снижению вреда, как научно-обоснованный и экономически эффективный подход к снижению уровня передающихся через кровь инфекций в этих странах. Тем не менее, охват программ опиоидной заместительной терапии и предоставления инъекционного инструментария в этих странах значительно ниже, чем в Западной Европе.